Ivendar (ivendar) wrote,
Ivendar
ivendar

Четырехтомник Довлатова

Мой фанатизм к Довлатову связан не только с его талантом журналиста и рассказчика – у меня имеются истории, связанные с опубликованным творчеством писателя. Год 1994 или 1995, я девятиклассник, на летние каникулы еду из России в Ташкент. В стране нищее время, поэтому поездом из Екатеринбурга.


Путешествие началось сутками ранее – на Перми II. В плацкартном вагоне практически пусто, кроме меня в купе тетка с племянницей – девочка младше меня года на три. После того, как паровоз пересек полночь, мы вышли в тамбур и целовались там практически до рассвета. Еще мне запомнилось, что она живет на Крохолевке и ее красивые темные волосы пахли клубнично-советским шампунем. После, этот аромат попадался мне в жизни всего пару раз, и в эти моменты голова моментально наполнялся ее именем - Мария.

Утро бывшего Свердловска. Следующий железнодорожный маршрут только вечером. Вещи в камеру хранения. Перед тем как навестить уральских родственников иду бродить по городу. К обеду в каком-то скверике натыкаюсь на книжный развал. В основном букинистика, но присутствуют и новинки, в том числе четырехтомник Довлатова – его первое российское издание.

В виде сноски: начало девяностых – время, когда творчество, уже похороненного в Америки автора, стремительно набирает популярность у широкого читателя на родине. Это в основном журнальные публикации «Зоны» и «Компромисс», который попался мне в машинописных перепечатках. В прошлом веке книжный дефицит в провинции передавался на почитать из рук в руки и исключительно на несколько дней – ибо очередь. Екатеринбург не зря считается столицей Урала – оказывается, там можно было купить Довлатова в полноценных четырех томах, но стоимость книг сопоставлялась со средним заработком в стране.

Моих денег хватало впритык и я с остервенением начал торговаться: рассказывал про пьющего отца, запой которого может прервать только повесть Довлатова, показывал билет до Ташкента и, совершенно не врал о том, что после покупки мне придется голодать в поезде трое суток. В итоге отдал продавцу практически всю наличность и две пачки "Честерфильда" - в кармане осталось что-то около 30 рублей в переводе на нынешние деньги. Ровно столько, по моим предположениям, должен был стоить автобусный билет от Ташкента до Алмалыка, конечного пункта поездки.

Поезд Екатеринбург-Душанбе – это примерно как Соликамск-Казань, только хуже и колоритнее, но в моем купе дверь все-таки закрывалась, а не прислонялась рядом, как у соседей. Попутчики – узбеки-торговцы (не гасторбайтеры в нынешнем понимание, на тот момент почти сограждане как будто еще единого, но уже несуществующего государства СССР), которые с весны по осень, в зависимости от сезона возившие и торговавшие овощами, фруктами, специями и ширпотребом. Все три дня пути к ним в гости наведывались их бесчисленные родственники, друзья и прочие земляки, которые ехали этим же составом.

В первый вечер они сели ужинать, разложив на столе все вкусности восточной кулинарии. С верхней полки пригласили меня. Чтобы не садиться за стол с пустыми руками, достал всё съестное, что собрала мне в дорогу бабушка Рита. В компании ее домашняя снедь - здоровый пакет гастрономической радости, которым я планировал питаться всю дорогу, ушел за один раз. Я не то, чтобы опечалился – меня заботило другое: в те времена постельное белье не входило в стоимость билета и покупалось отдельно. Денег на него у меня не было. В матрасе, по доброй поездатой традиции, проводник мне категорический отказал. Время ночь, полез укладываться на голую коричневую полку. Старший узбек заглянув снизу, многозначительно озвучил общий вопрос:
- Эээээээээ, а где?
- Нету - деньги внезапно закончились.

Он вышел, вернулся с матрасом и бельем – до столицы Узбекистана я ехал сытым и спал мягко. Но ребятам спасибо не только за это – в вагоне я был единственным с явными признаками русской национальности, а желающих поживиться на границах было много – от суверенных ментов до мелких полубандитов. Каждый раз, когда чей-то злонамеренный взгляд останавливался на мне, мужики заворачивали его словами: "Этот Ваня едет с нами...".

Ташкент – любимый город. Автовокзал через дорогу от платформы ж/д. Не стал заморачиваться и менять последние рубли на сумы, чтобы купить билет в кассе – нашел алмалыкский автобус, подошел к водителю, который без разговоров согласился довести меня за твердую, по их меркам валюту. Совсем радостный, хоть и без денег захотел курить, но сигареты закончились еще вчера. Подошел к первому местному жителю, который не торопливо затягивался и выпускал дым. Вежливо и с уважением попросил папиросу – в ответ услышал все, что думал данный товарищ о не титульной нации и много не русского мата. Этот солидный с виду узбек навсегда отбил у меня привычку стрелять сигареты даже в крайних случаях.

Четырехтомник Довлатова спустя лето вернулся в Россию. Мой отец так гордился мной, что при каждом удобном случае хвастался всем подряд, что его сын – двоечник и обалдуй знает толк в литературе и, первым привез в Чайковский полное собрание сочинений Сергея Довлатова, а это естественно заслуга Иванова-старшего. Мол, гены пальцем не раздавишь.

Много лет спустя, история четырехтомника нашла свое продолжение при учебе в институте. Но это уже другая песня.
Tags: прошлое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments