Ivendar (ivendar) wrote,
Ivendar
ivendar

Оборванные нити (1)

В последних днях мая, позвонили:
- Я через две недели, на праздники еду в Соликамск. Если хочешь - могу и тебя скатать.
Тогда я уверенно отказал. Мол, а чой-ли я там забыл.
В четверг вечером, повторный звонок:
- Не передумал?
Нет, я не передумал, но взял тайм-аут до утра, и еще полдня маялся сомнениями.

Первый час с пятницу на субботу. Разглаженная пустотой трасса Пермь-Соликамск. Дорожное умиротворение и мыслей. Сигарета проваливается в разрез окна и свежего воздуха:
- Счастье – это когда не возникает вопроса "зачем".
- Чего ты сейчас сказал.
- А, так просто... Пусть это будет эпиграфом.


АРТИСТ
Предрассветное начало четвертого. Соликамск. Центр. В этой квартире у Андрея меня не было. Но этот дом и подъезд – в моем детстве там жили дедушка с бабушкой. Артист, как всегда, программный:
- Вот заварка, здесь кофе, тут мед. Запиши пароль от фай-вая. Ты кашу с утра ешь? Я ухожу в десять, а послезавтра у меня блудни, поэтому переночевать не получиться. Пошли перекурим и я спать.

Три года назад я решил, что Ткачука никогда не прощу. Радостно трудясь в Королеве, исходил желчью – мечтал, как приеду в Соликамск, напьюсь, выдерну его и буду гнобить, гнобить, гнобить. Нудно и дотошно. Час, а то и полтора, выедать ему мозг только за то, что он отказался иметь свое мнение в принципиальном для меня вопросе. Артист решил поиграть в Швейцарию, с безобразной неуклюжестью изображая нейтралитет: "я не я, лошадь не моя – разбирайтесь сами".

Час спустя, за чаем на широком подоконнике сумрачной кухни. Смотреть на ободранный задник фасада гостиницы Соликамск, обезображенную плиткой центральную площадь (заросший сквер с не работающим фонтаном мне нравился больше), церковь на реставрации без куполов. Под особый аромат соликамского утра безуспешно пытался вспомнить в себе это чувство злости, которое выворачивало меня последние года. Безрезультатно.

Под окнами лавочка. Свежая и массивная – уютно курить: она с двух сторон прижата машинами, за спиной маленький обрыв и широкие кусты деревьев. Тишина белой ночи, я будто в домике.

НИКОНОВ
Автостанция в десять утра субботы блестит разбитым асфальтом. Автобус, журча мотором, пережевывает мысли своих пассажиров. Последние год-два я с маниакальной настойчивостью выщелкивал из своей жизни людей. Сознательно не скрывая худшие стороны в характере. Большинство из близких и знакомых не выдержали смены амплуа. Серега вытерпел и всегда выручал, хотя уже обладал полным правом послать меня.

Никонов офицер. Если бы он жил и служил два века назад, состарился бы заядлым дуэлянтом. Он всегда мог ответить на мои ключевые вопросы. Ее мнение разносилось гулом, как эхо пистолета:
- Из всех твоих женщин, мне нравилась только Надя. Потом тебя понесло на коллекционирования неадекватных женских типажей.

Из Сереги мог бы выйти отличный преподаватель истории. Это его первое образование и в педагогике он сильнее меня. Поэтому его доводы убедительны, как учебник Древнего Мира. Но когда он становился совершенно злым – выдавал прекрасные сентенции:
- Если вы с ней поженитесь, то на вашу свадьбу я не приду.
Он говорил серьезно, а я хохотал. Тем сильнее было мое удивление, когда много лет спустя, Никонов пытался отказаться от своих слов: типа, я не то имел в виду.

В прошлом году у них с Настей родился сын. Перезваниваясь тем летом, он помимо всего прочего спросил:
- Мы с Настей не можем определиться с именем для сына, может у тебя есть варианты?
- Ну, ты в курсе, что у меня специфический подход к наименованиям? Тимур или Марат.
Пауза. Еще промедление:
- Так, Иванов, иди сразу на хуй со своими вариантами – мы с Настей как-нибудь сами...

РЕЖИМ МИМИМИ
- Это Игорь, а это дядя Лёня.

Малыш ползает, жарится картошка, зачин неспешного разговора.
- Хм, пришел такой незнакомый мужик, а Игорь включил мимими и пытается тебе понравиться. Он обычно такой с Настиными подругами - только с бабищами старается быть мимими...
- Угу, дети и животные – мое всё.

После завтрака, пока Игоря собирают, я успеваю подремать, а потом мы с коляской и Никоновым идем гулять. Боровской полдень. Эту часть города я люблю больше Центра. Здесь, в отличие от прямолинейного 20-летия Победы, разнообразие улочек, где в удовольствие пройтись пешком. Тут институт, а каждый пятачок, перекресток или угол дома отражается воспоминаниями.

Следующие два часа я выговариваю весь свой гной. Затем сдать сына домой и в сад на шашлыки и кальян. И к тому, и к другому я беззастенчиво спокоен. Особенно к кальяну – люблю хороший табак в сигаретах, а вкусный дым на вине я пробовал в московских каабах. Поэтому "Русский стиль" красный - лучшее из всех вариантов никотина.

Но Никонов превращает закладку кальяна, набивание дырочек на фольге для чаши, разжигание углей – в наблюдательный ритуал медитации. И да, вкуснее кальяна я точно не курил. Еще забавнее его педантичность (а Серега немецких кровей и с возрастом еще перфекционизм становиться ярче) выбирает место под мангал.
- Никонов, ты бы еще геодезистов сюда позвал, чтобы они тебе высчитали лучшее место под жарку шашлыков.

ВИДЫ ЧАЯ
Вечер, теряясь в ночи, заканчивается эмалированным чайником на огне с Иван-чаем и прочими травами внутри. Посиделка, рассчитанная максимум на троих неожиданно закончилась компанией. Перед этим кофр, где лежит фотоаппарат, а снимать нечего. Настроение не всегда передается в лицах.

- Лёня, у меня есть ключи от колокольни.
У Алексея Иванова в "Чердыни – княгине гор", есть волшебный татарский персонаж – Ламия. У нее тоже были "ключики". Но я сначала пытаюсь отказаться, но меня берут за руку и сажают в машину.

Вид с Соликамской колокольни – меньшее, что может удивить меня в этом городе. Но закат, которой виден лишь после подъема через узкую винтовую лестницу, замурованную между кирпичной кладкой позапрошлого тысячелетия, оправдывает пятью фотографиями с трех точек. Я даже забываю, что оставил сигареты на столике перед дачным домиком.

КРАСНОВИШЕРСКИЙ САМОГОН

-----

(это первая часть Соликамска. не рассказан ночь, день и ночь. они самые нелепые и счастливые. если кому-то хочется продолжения - скажите)
Tags: вслух
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Книжная полка

    80–летию первого издания "Хоббита" посвящается Моим первым фэнтизи в жизни стал цикл Волкова "Волшебник Изумрудного города". Особенно запомнился…

  • Актуальная классика

    Мы без конца ругаем товарища Путина, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить - кто вытоптал и украл 10 000 растений в парке "Зарядье"?

  • Волгоград 2000

    Мне 20 лет, я активно ошиваюсь в соликамском комитете по делам молодежи - весь из себя общественник и КВНщик. От коллег из Оханска приходит факс -…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments