Ivendar (ivendar) wrote,
Ivendar
ivendar

Провинциальные сны

Варежке, с благодарностью за поддержку и веру


5 декабря, понедельник, Нытва-Пермь
Ранее утро первого тура. Полумрак автомобиля. Сквозь шум дороги и урчание мотора ВБ, монотонно наблюдая за тонким хвостиком пепла на своей сигарете:
- Самые вкусные креветки - жаренные. Лучше крупные - тигровые, которые продаются в Metro. Готовить просто – на полминуты в кипящую воду, а затем выложить на полотенце, чтобы обсохли, сковородку на огонь, тонкой пленкой масло…
Гладкие участки трассы складываются в напыление сна: избирательные участки с окоченевшими девочками экзет-пула (как зовут самую глупую, замершую, милую? а, Юля); застрявшая в голове строчка, бесконечно звучавшая из колонок в день голосование ("Снег кружится, летает, не лает..." - епт, "не тает") череда цифр в таблице предварительных результатов – перевес, но не победа.
- Ты кого из девиц собрался удивлять морскими изысками – Лерку, что ли?
- Нет, Олесю.
- Эта, которая худенькая и поет?
- Тип того...
- Главное в креветках – это соус! Запоминай ингредиенты.
Она достает новую сигарету. Холостые всхлипы колесика зажигалки. "Не Zippo" - слабо моргает в голове и мозг снова отключается.


30 ноября, среда, Соликамск
Между ночью и холодом. Старая типография. На улице -30, в цехе – пар изо рта.
- Ну, ты писатель: не спи – замерзнешь!
- Очень смешно.
- Если ты когда-нибудь захочешь опубликовать эту историю у себя в интернетах, то пусть меня зовут Кондрат.
Обмылком пластмассы в онемевших пальцах фальцевать толстый картон. Кондрат делает аккуратные сгибы, и – дурацкая песня: "фальцуем, сегодня мы с тобой фальцуем...". 50 штук подарочных коробок под календарь А3-формата. Новоявленный Кондрат – дизайнер высшего пилотажа. Двенадцать месяцев следующего года стилизованы под "Особенности национальной охоты" - из царских фрагментов кинофильма. На обложке пяти самых "виповских" - кожа питона и анаконды. Типография обещала упаковку и облажалась, поэтому: "фальцуем, сегодня мы с тобой фальцуем...". Затем в ловких руках художественного мастера все аккуратно склеивается и закатывается шелковый цвет бардо.
- А куда такая спешка: Новый год через месяц?
- У заказчика головной офис в Москве. По договору в пятницу все должно быть там – полиграфия, сувенирка и 50 литров элитного бухла. Им это еще надо по регионам раскидать.
- Я фигею в вашем зоопарке – из в Перми в Москву полсотни бутылок вискаря?! В столице перебои с дорогим алкоголем?
- Это херь, а вот мне за неделю надо переклеить триста бутылок шампанского: этикетка, оборот и кольеретка с вырубкой под горлышко. Ну, ты в курсе – твоя же работа.
- Ну, да – помню: "Фанатеем по-новому"! Пошли курить и кофе дерябнем.
Три часа спустя и полбанки кофе:
- Почти все, дальше я сам управлюсь. На втором этаже менеджерская, можешь там покемарить до утра.
- Бля, звучит, как иди поспи в людской.
Узкий кабинет, горячая батарея, обрубок сна.

2 декабря, пятница, Пермь
- У тебя есть чего-нибудь поесть?
Треть маленькой кухни заставлена рядами переклееных шампанских бутылок. Олеся в промо-футболке австралийского пива. Ерзает на табуретке, заправляя ткань под голую попу. Вытягивает ему на колени босые ноги. Ровная мягкость и красота молодости в его руках.
- Массаж пяточек?
- Чего-чего?
- Ничего. Ты тоже не смотрела "Криминальное чтиво"...
- Не заговаривай меня – я нищая голодная студентка. Кушать хочу.
- Вино, конфеты, сыр – нет, да?
- Шоколад я терпеть не могу, кстати, и сухое вино тоже, а сыр меня не спасет.
- Есть пельмени, но я их не рекомендую – они давно в морозилке дежурят.
- Ты бы еще доширак предложил! Креветок хочу! С кока-колой.
В ответ закурить. Лицом изобразить дохлую устрицу. Оправдываться:
- И не знал, что ты такая привередливая и, вообще, я два часа назад прилетел из Москвы.
- Я больше к тебе не приеду. Пока не приготовишь мне креветки между нами все кончено!
Взмахивает руками на табачный дым, по-детски шикает на него и убегает в комнату. На выдохе затяжки вслед:
- Подожди, а разве между нами что-то есть?
Копошение за стенкой меньше минуты. К возвращению тщательно затушить сигарету на половине. Ничего не изменилось: также ежится присаживаясь, стучит пяткой по его коленной чашечке. В носках со смешными полосками цвета и под каждый палец свое место. Ехидная улыбочка:
- Есть, если есть!
- Фиолетовый, оранжевый, зеленый, желтый, синий…
- Салатовый, а не зеленый. Я решила, как ты можешь все исправить. В Перми открылся Тануки. Голодная Леся простит все за рыбный суп и роллы. А когда мы вернемся, ты сваришь кофе. Классно я придумала?!
- О, боги, когда же высплюсь...

4 декабря, воскресенье, Нытва
На крыльце мерзлый начальник штаба. Откинув бычок в сугроб:
- Ты вовремя. Шагай в избирком, через 15 минут едет выездная урна.
УАЗик буханкой. Четверо представителей кандидатов, мент, двое с урной из комиссии. Щебетание новеньких – кто первый раз на выборах, всегда возбужден. Им не ведомо, что голосование на дому – мерзкая нищета, вонючий запах лекарств, грязь и убожество. Всемером растекаться из прихожей в комнату или кухню. В каждой квартире старческое нытье и горе болезни. Лающие собаки вдоль черных стен барака. Комната усеяна бутылками, на кресле дед пытается ввинтить галочку в графу. Сквозь вонь и смрад, мокрые глаза:
- Меня мать не для того в войну родила, чтобы родной сын пенсию с кулаками отбирал.
Скрюченные вены запястья, дрожащий всхлип:
- Кто он такой?! Я все ему дал, а он только требует и пьет...
Вата тишины. Имя отчество одного из бумажных кандидатов наливается бесцветной слезой. Милиционер вздрагивает из ниоткуда, потухшим голосом:
- Я скажу об этом участковому. Он придет и разберется.
Вакуум сочувствия. Снова въедливый стон пенсионера:
- Каждый месяц заходит, а толку.
Лист с волеизъявлением падает в опломбированный ящик. Избирательная делегация, сгорбившись, растворяется. На улице глотает морозный воздух. Осталось меньше двадцати адресов. Бледная женщина, косо бормочет:
- Я больше не пойду туда. Лучше бы дома сидела и про выборы не знала.
Дальше из всех доверенных лиц только двое. Дородная тетка главного оппонента, сплевывает жвачку после последнего дома:
- Вашего больше. Поздравляю.

1 декабря, четверг, Камская долина
- Ваш кофе. Как наш жульен?
- Отлично.
Полтора часа ожидания управляющего автосалона в местном кафетерии. Еще один эспрессо. Посмотреть на часы, ответить на звонок, выйти покурить. Вернувшись, расплатиться без чаевых. Вызвать такси и услышать возглас:
- О! Молодец, что дождался – давай ко мне в кабинет.
Внутри длинный стол, блюдечко с чашкой чая, директор пялится в монитор ноутбука и, включив, громкую связь телефона, кричит в динамик:
- Таня, ты где? Заходи, я на месте.
Отказаться от пресытившегося кофе. Достать из пакета бутылку шампанского с брендовой выклейкой, три ручки, настенные часы, блокнот и брелок с гравировкой.
- Фанатеем по-новому. Мне нравится! Кто шампанское клеил?
- Мы.
- Всей площадью?
- Уху, всем кругом.
Без стука заходит Татьяна. Лопухин снова орет на дисплей кнопок:
- Чай, два кофе и рюмку коньяка? Три. Ты будешь? Две.
Протянуть документы с бюджетом на подпись.
- Погоди. Сколько ты зарабатываешь у себя в конторе?
Неожиданно и стыд.
- Мне хватает.
- Ну, сколько – десять, двадцать, тридцать?
- В зависимости от проектов и выборы – это основное.
- Сумму-то можешь назвать?
Надо было соглашаться на коньяк.
- Значит, смотри, мы тут с Таней решили взять тебя к себе начальником отдела рекламы. Денег будешь получать – белыми и в конверте.
Называет цифру. Не покраснеть бы. Вот-вот загорятся уши.
- Ну, че – согласен?
- Я не могу дать ответ прямо сейчас – мне надо подумать.
Только бы никто из них не заметил вранье.
- Хм, ладно – вот тебе еще сверху. Отказаться – это наглость с твоей стороны.

30 ноября, среда, деревня Нытвенского района
Встречи с избирателями. Голодно – пятое село. Не отапливаемый ДК, библиотека, фельдшерский пункт. Малочисленный и привитый морозом избиратели. Одни и те же вопросы с жалобами.
- Ты уже когда-нибудь купишь себе шапку?
Заботливый кандидат входит в очередную избу. Читальня. Место для схода и деревенских собраний. Внутри семь бабулек и полумрак. Весь свет в три окна ложится на пол и плечи. Фотографировать бессмысленно – вспышка на мыльнице не возьмет.
- Здравствуйте, меня зовут Павел Константинович – я баллотируюсь в главы вашего района. Расскажу о себе...
Родился, поступил, окончил, служил, женился.
- Проблемы своего округа знаю не понаслышке...
Господи, отведи от банальности слов и дай тепло. Заглядеться на кандидатскую дубленку. "Из Марокко". Зависть нехорошее чувство, но сидит она на нем плохо. Ему не хватает роста для нее. Толи дело – и мысленно примерить.
- Реформа муниципальных образований на деле доказывает свою несостоятельность. Я уверен, что краевая и федеральная власть не заинтересованы в благополучии сельских жителей…
Из угла выпирает печь. Недавно затоплена. Вдоль горячей стенки лавка. Бочком забиться в ее край. Всей спиной приложиться к шершавой побелке.
- Задавайте вопросы, а мой помощник зафиксирует все ваши наказы.
Херушки – никуда отсюда не встану. С каждой минутой доброта невидимого огня проникает внутрь. Улыбнуться благостью. Бороться с дремотой. Перед провалом в бездну полусна вспомнить фразу из невыясненной песни: "когда виски сосет весна, я вспоминаю Шукшина...". Через мгновение вздрогнуть от старушечьего причитания:
- Эй, старшой, а малой-то у тебя совсем скис. Кучерявый, очнись. Худой ты больно – видно, что загоняли и не кормят. А бледен-то, бледен, как полотенце над иконой...
"люблю я Васю Шукшина...".

2 декабря, пятница, Шереметьево
- Девушка, будьте добры, еще два мартини, сто грамм водки и лед.
Разговор не умолкал с Третьяковской. Искренняя радость Наташки, любопытство в каждом вопросе и уверенность невпопад:
- Бросай все в Перми и перебирайся в Москву.
Оливки в бокалах. Бледно-зеленая и почти черная. Смешать мартини с водкой. Чин-чин.
- Что в личном?
- О! Это песня. В прямом смысле.
Достать и распутать плеер из кармана. Перелистать половину композиций. Передать наушники, сделать громче. Ждать.
- Это кто?
- Олеся.
- Ничего так. Голос чистый и сведена хорошо.
- Я передам комплимент от пиар-директора знаменитой группы.
- Это любовь?
- А, непонятно. Мне как всегда везет на двинутых головой.
Чокнуться за музыку. Выслушать объявление для пассажиров на Стамбул.
- Как твоя ненаглядная с редким именем, общаетесь?
- Почти нет. Правда, совсем недавно случайно дозвонился, аж сам обалдел. Пришел с работы в час ночи и от нечего делать набрал. Когда она ответила, не сразу сообразил что спросить. В итоге проболтали до семи утра.
Добавить в стакан тающего льда. Залпом выпить.
- И...?
- Все глухо и еще сон. Тебе никогда не снились вещие сны? А у меня был такой раз в жизни. Давно, я еще в школе учился. Жил уже у отца, заканчивал девятый класс. Он смотрел новости в девять вечера, а бабушка на кухне посуду мыла. Это уже сон. Звонит телефон, снимаю трубку и слышу мамин плачь: "Джулька погибла и Зуля не выдержала – умерла вслед за ней". Зуля – это моя тетка, она умирала от рака. В последний год жизни мама забрала ее к себе, а Джуля – собака-дворняжка, любимица и член семьи. Два дня из головы не мог выкинуть этот сон. Прошла неделя и телефон в начале десятого вечера. Длинные звонки – межгород. Я подскочил с дивана, взял трубку, а там мама как во сне плачет и сквозь слезы слово в слово. Зуля пошла в магазин и на обратном пути из калитки частного дома выскочил волкодав и на ее глазах загрыз Джулю. И все одно к одному... Зачем я тебе это рассказываю...
Замолчать. Поймать взглядом официантку. Все повторить и два кофе.
- А сон, который про девочку?
- Ничего такого, неяркий и без всяких образов. Просто в голове так же трое суток колом стоял. Мне снилась Зуля, мы сидели с ней, как с тобой за столом, только без алкоголя, пили чай и разговаривали. У меня в снах нет различий на мертвых и живых. Как будто обычный разговор, как раньше. Я жаловался, что много работы и все надоело, а она внезапно спросила, прямо как ты сейчас, я поэтому и вспомнил: «Что у вас с этой молоденькой?». Я растерялся, а Зуля посмотрела на меня и жестко так: "Не твое это. Отступись или оступишься...".
Официантка принесла заказ, выронив из блюдца ложку. Звонкий гул.
- До сих пор ее слова в голове мельтешат. Отступись или оступишься.

3 декабря, суббота, поселок Уральский
Промыкаться весь день с наблюдателями и юристом. Согласиться не ехать в Пермь и, с легкой неловкостью добираться на ночевку к маме кандидата. По дороге водитель Ваня подбадривал:
- Это правильно, нам с тобой в семь надо быть в штабе. Если в Пермь, то будем к двум часам ночи, а обратно почти в четыре выезжать.
- Давай хоть в магазин заедем – куплю чего-нибудь, не удобно с пустыми руками.
Сиротливая коробка конфет, улыбчивое лицо пожилой хозяйки. Огромная трехкомнатная квартира с гулким эхом и утепленной лоджией.
- Заходите, что вы как не родные. Мойте руки и за стол.
Еда. Много-много еды и домашних закусок. Грибочки – маслята одинакового размера, квашенная капуста, маринованные огурцы. Плоская ваза жаренных пирожков. В старинной супнице борщ. На плите утятница, в ней томится жаркое. Она явно ждала сына.
- Вы наверно замерли устали целый день мотаться. Сейчас с устатку...
Из шкафчика появляется начатая бутылка коньяка:
- Паша из Франции летом привез. Я-то уже не пью – сердце, а вот вам в самый раз.
Переглянуться с Ваней:
- Я совсем чуть-чуть – мне завтра за руль.
- Вы себе рюмку-то возьмите, ну хоть полстопочки с нами, а то, как без вас...
Коньяк вкусен без обмана. Первый глоток обволакивает теплом. Борщ, домашние пироги с мясом, огромная тарелка жаркого. Еще одна рюмка и сознание затормаживается:
- Вы, простите, я выйду покурить.
- Так курите здесь.
- Нет-нет, что вы – я выйду на улицу.
Две сигареты подряд – первую медленно с удовольствием заблудившегося в голове хмеля и сытости, вторую быстро и позвонить в домофон.
Чашка чая с травами.
- Ну, давайте на сон грядущий еще вам коньячка налью.
Мозг туманится.
- Пойдемте, я покажу ваши комнаты.
Жгучий холод нежилого помещения. Стеклопакеты не справляются с ветром. Сторона окон выходит на реку. Заледеневшей Камы не видно, но метель идет с ее берега. Нырнуть под одеяло, сначала озябнуть до дрожи, а затем внезапно согреться и прочувствовать тяжесть и тепло. От удовольствие пробормотать вполголоса:
- Как хорошо-то. Еще бы завтра победить...
Закрыть глаза и вмиг провалиться в пустую мглу без снов, последней мыслью зацепить Суворова: "ноги в тепле, а голова где-то там...".

5 декабря, понедельник, Пермь
Зайти в квартиру, с порога почувствовать незакрытую форточку, которая за двое суток выстудила жилье. Не включая свет, бросить на стол три пачки креветок, зажечь все конфорки, отправить Олесе смс. Закурить у окна, запнувшись о батарею бутылок с шампанским под ногами. Выдернуть одну из ровного ряда, скрутить пробку и выпуская воздух открыть. Поперхнувшись глотком прямо из горлышка пить. Темнота улицы, в тридцати метрах от дома, за гаражами железная дорога. Бесконечный грузовой состав с полными вагонами. В холодных ногах под стук колес слегка колышется пол. Сквозь тишину и запах зимы – перезвоном звенят бутылки.

Второй тур они проиграют. Леська исчезнет внезапно, чтобы много спустя проявиться на модельных подиумах в Токио. Самые вкусные креветки он попробует в гостях у знакомой радио-журналистки. Кондрат нехотя откликнется на его просьбу проиллюстрировать сборник рассказов. Наташка доуговорит и следующим летом он попробует столицу на вкус. Однажды, не отступив, он оступится – падение станет незабываемым моментом в жизни. Сберегая его, память сохраниться в этом морозном утре: шампанское из горла, тлеющий узор сигареты, отблески снега, нескончаемый поезд и дрожь бутылок – переливы отзвуков исчезнувшего счастья.
Tags: txt
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Классика чёрного чая

    Возраст - это когда предпочтения от кофе, тонко сваренного в любимой турке, переходит в нюансы чайного удовольствия. В чае глубина полутонов гораздо…

  • Вы женщин любите?

    - Вы с похабством спрашиваете или без похабства? - Без похабства. - Если вы про товарищеские чувства – не знаю, что и ответить. Женщину как…

  • О Форсайтах

    Недавно в диалоге с приятелем услышал: "Меня всегда настораживает, как мужчины рассуждают о том, что думают женщины, пользуясь своими лекалами. А…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments